Игорь Перфильев мог стать культовым рок-музыкантом – в молодости он лично учил Костыля из «Коррозии металла» играть на гитаре и какое-то время сам был в составе одной популярной команды. Судьба распорядилась так, что он стал легендарным столяром, который за свою жизнь заглянул в мастерские Мосфильма, лучшие дома истеблишмента, гранд-отели и – в сердца учеников, которым сегодня передает опыт поколений.





Бросить все

Профессиональная судьба Игоря Перфильева, как это часто бывает в ремесленных профессиях, не обошлась без вмешательства генов. Дед нашего героя был известным в своих кругах столяром. Но несмотря на воодушевляющий пример перед глазами, Игорь получил высшее инженерно-техническое образование, и даже замахнулся на ученую степень.




«В 20 лет я собирал материал для кандидатской, но в один прекрасный момент меня просто переклинило – и я ушел в Строгановское художественно-промышленное училище».




В Строгановке он попал к своему главному учителю – Григорию Кулебакину, легендарному преподавателю и автору одной из лучших книг по столярке «Столярное дело». Перенять опыт удалось не только у представителей советской школы – Игорь по сей день гордится тем, что среди его преподавателей было три фигуры, которые работали еще при царе. Это, отмечает наш герой, совершенно другой подход: люди работали на износ и на результат – места халтуре не было, полумеры были тоже не приемлемы.




После училища Перфильев оказался в мастерских Мосфильма, но задержался там всего на пару лет. Уйдя в свободное плаванье, Игорь осел в бомбоубежище, где оборудовал мастерскую. Тут же мастер включился в восстановление храма Сергия Радонежского в Бусиново, который находился неподалеку. О том периоде, который пришелся на конец 1980-х – начало 1990-х, герой рассказывает не много, но на судьбу не жалуется.




«Все, кто хотел работать, жил нормально. Ручная работа всегда стоила дорого и ценилась. А в то время мебель в принципе была дорогим удовольствием – немецкая стенка стоила 700 рублей».




В начале 2000-х в жизнь Игоря Перфильева вмешался счастливый случай – судьба свела его с влиятельным человеком, участником списка богатейших бизнесменов по версии журнала Forbes. Для мастера и его коллег, которые ему помогали, это стало не только материальным подспорьем – благодаря порой непредсказуемым заказам ремесленники росли как профи.




«В нашей работе тогда была интересная особенность. Вот укладывает мой заказчик внука спать, а тот ему говорит: мол, хочу шлем деревянный и меч. Мне поступает звонок, и, пока резчики едут ко мне в мастерскую, я готовлю все необходимое. Ночью делаем, в 3-4 утра приезжает водитель, забирает заказ, утром мальчик просыпается, а дедушка ему дарит шлем и меч».





О заказчиках

С большими людьми работать и просто, и нет, говорит Перфильев: действовать часто приходилось на ощупь.



«Иногда бывает, что делаешь мебель на основе рассказов подчиненных или прислуги. Вот прошел он мимо стены, и говорит: неплохо было бы стол тут поставить вот такой. Расспрашиваешь потом, как он шел, куда смотрел, как показал рукой и что находится вокруг».




Попадание в таких случаях удачливый столяр оценивает в 80%: «Бывает, конечно, что нужно внести коррективы. Но случается и что просят сделать то же самое, но в более светлом дереве. Вариантов нет: берешься и делаешь».



Факт: Игорь занимается не только изготовлением мебели, но и реставрацией антиквариата. Один из его заказов в этом направлении – предметы интерьера из гостиницы «Метрополь».


Однако мастер уверяет, что мебель ручной работы – удел не только богатых и знаменитых. Сегодня, например, часто можно получить заказ от учителей или полиции – обычных патрульных. С последними Перфильева свело его увлечение – фотография, особенно близок ему анимализм: в альбомах пестрят морды собак и лошадей – верных друзей полицейских.





Мастерская

Главная мастерская Игоря находится в его вотчине, на даче в Истринском районе. Нам же удалось побывать в резервной – она расположилась на севере Москвы, на территории швейной фабрики «Космос», где наш герой зимует. Здесь меньше квадратура, но мастеру хватает – абсолютно все он делает в одиночку. Раньше часть сложной резьбы отдавал на сторону, но сегодня, в век ЧПУ, находит это лишним, да и сам за долгие годы в этом деле достиг успехов.




В выборе инструментов Игорь – однолюб, который однажды отдал свое сердце марке Festool. Причем все электроинструменты можно считать ветеранами. Мы, например, убедились в работоспособности шуруповерта, который он приобрел в 2004 (!) году. Никель-кадмиевый аккумулятор до сих пор отлично держит заряд, притом, что использует его мастер все эти годы каждый день. Сам же бренд подкупил Игоря заботой о покупателе: «В любом их магазине всегда есть любая оснастка».




В «летней» резиденции столяра, куда он обычно перебирается в марте, — распиловочное оборудование из Германии KNAPP, строгальное Griggio из Италии, токарное и фрезерное от немцев Elektra Beckum и окрасочное Graco из США.





Посадить на дерево

У Игоря нет предвзятого отношения к шпонированию: «Шпон пилился еще в Древнем Египте, а повальное увлечение массивом случилось в России в 1990-е, хотя в истории искусств этого не было». У мастера – целая картотека образцов деревянных покрытий, которая включает больше сотни вариантов шпона, притом что работ, выполненных в массиве, тоже очень много. Макассар, змеиное и черное дерево, австралийский дуб, даже тик, который в два раза более устойчив к гниению, чем сталь, — благодаря этим подчас драгоценным материалам любой предмет интерьера заиграет нужными красками и произведет правильное впечатление на гостей.




Древесину для клиентов-ретроградов мастер не только заказывает, но и достает из загашников – некоторым экземплярам, доставшимся ему от деда, больше полувека. И это лучшая иллюстрация опыта поколений, который Перфильев пытается передать сегодня своим ученикам – филологу, математику и программистам, которые, как и он когда-то, оставили все и решили продолжить дело дедов.



Фото (портрет героя): Тамара Антипина

Продолжить чтение: