В любви к творчеству художника Фрола Веселого признаются все: его картины выставляет крупнейший частный музей современного искусства «Эрарта», коллекционируют российские и британские ценители. В своей мастерской Фрол параллельно рисует, лепит, сваривает и занимается столярными работами, а краски здесь соседствуют с рубанками и шуруповертами.





Народный художник

Александр Фролов, он же Фрол Веселый, начал свою арт-деятельность в начале нулевых с боди-перформансов и граффити-работ. В 2006 в маленькой кофейне в спальном районе города прошла первая выставка его картин. Сейчас в активе Фрола порядка двадцати экспозиций; он, пожалуй, самый продаваемый художник Самары — практически народный.




Причина тому — понятность его творчества: размашистыми мазками он создает только то, что близко и ясно ему самому: будь то пасторальные коровы, злободневные политические коллажи или изображение жилистых рук с гаечным ключом. Выросший в рабочем гетто, Веселый называет себя пролетарским художником – имеет полное право.




По первому образованию Фрол – столяр-краснодеревщик, после армии подался работать в мебельное производство.



«Я человек шебутной, меня долго мало кто может терпеть, и вскоре я ушел и создал свою мастерскую. За год прогорел четыре раза, четыре раза восстановился. Потом подумал, что хватит – так и ушел в живопись. Столярку при этом никогда не бросал. Одно другому не мешает: было время, батрачил часов по 10-12 на мебельном производстве, приходил домой и еще часов пять рисовал картинки всякие».




Сегодня Веселый дистанцирует себя от авторов выходного дня: его рабочее место – его мастерская. Какое-то время Фрол даже пытался работать по формату «одна картина в день», но и это не мешало ему делать что-то руками. Он без лукавства заявляет: одними картинами сыт не будешь.




«Мастерская важна для поддержки штанов. Картинами ты долго не проживешь, тем более, если есть семья. Бизнесмен из меня никакой, ни с галереями, ни с арт-менеджерами я не связан. Картины, может, одна в месяц продастся, и то не факт. А столярка всегда востребована, люди с руками всегда нужны».





Мастерская, открытая ко всему


За все время Фрол достаточно помыкался по мастерским. Его предыдущая резиденция – дань юности на трудовых окраинах – располагалась на последней станции метро в необитаемом пригороде. Место представляло собой поставленные друга на друга ангары – своеобразные самарские фавелы. Географическое неудобство не так давно привело Фрола в просторное помещение с высокими потолками в самом центре города.




Здесь он проповедует идею открытых мастерских. Любой может прийти помочь Фролу или чему-нибудь научиться у него.



«Если я не могу сделать какие-то вещи – зову знакомых столяров. Людей, которые работают руками, много. Другое дело, что они не всегда могут оплатить себе место и купить инструмент. Я могу себе это позволить. Здешнего инструмента хватает человек на шесть, я не жадный, всегда делюсь. Кто-то приходит сам, я передаю знания. Не скажу, что я гуру, но научить чему-то могу, раз сам умею».




По словам Фрола, он может все. Даже не имея опыта в каком-то направлении, но зная его в теории, художник возьмется за выполнение задачи. Спектр работ при это широченный: народный гений совриска пишет картины, ваяет скульптуры, сваривает и ведет столярные работы полного цикла.




Для этого в мастерской есть погружная пила Dewalt DWS 520, лобзик Hitachi CJ 90 VST, фрезер и шуруповерты Bosсh GSR 1800 LT, торцовочная пила JET JSMS-10 L, краскопульт Top Plint, рейсмус JET JWP-12, шлифмашинка Makita 9555 HN, заточный станок Elitech.




По части столярки Фролов предпочитает браться только за крупные заказы. Например, один из текущих – мебель для готовящегося к открытию ресторана в бутлегерском стиле. Столы и предметы интерьера выполнены в лофтовом варианте.




«Я не стремлюсь к чему-то определенному, мне нравится – я делаю. Да, в итоге, может, и выглядит грубовато, но уж как получается. Лофт в этом плане мне действительно близок. У меня и дома-то нет ничего из мебели: матрас на полу, полки да стол».




Тем не менее, Фрол легко переключается: так, например, для одного из городских ресторанов с концептом досоветского буфета он создал мебель в ретро-варианте. Еще одна актуальная работа Фрола – небольшие стеллажи для вина, подсвечники и прочие предметы интерьера с трендовой приставкой «крафтовый».




«На самом деле, я терпеть не могу модные тенденции: всякие бороды, закатанные штаны и все «крафтовое». Я всегда стебусь над этой темой, вот и теперь в шутку говорю «фигачим крафт». Всем нравится: фото винных подставок я просто разместил в своем инстаграме, и за день взял девять таких заказов».





Реинкарнация мусора

Фрол и соседи по мастерской предпочитают работать с фанерой, сосной, ясенем, дубом. При этом в заваленном досками помещении можно встретить и ветхие деревянные поддоны.



«Можно сказать, что это утилизация городской среды. Это же практически мусор, а мы собираем их и делаем что-то новое – например, ящики для винила. Все чисто для себя – грубо говоря, даже из мусора и веток можно что угодно сделать».




Весной прошлого года Фрол взялся за восстановление изуродованного памятника советскому солдату: медный монумент был побит кувалдой, сильно помят.




Художник реконcтруировал мемориал и добавил в него новый элемент – звезду. Для ее сварки использовал демонтированный металл энергокотла Безымянской ТЭЦ, функционировавшего в 1941 году.




Нетипичный художник Фрол Веселый, кажется, и правда может все. При этом – никакого упования на собственный талант. Его резюме собственным способностям звучит брутально и идеально вписывается в его образ: «Главное, чтобы руки из правильного места, а остальное все приложится».



Текст: Любовь Саранина. Фото: Андрей Сорокин

Продолжить чтение: